(Еще не оценили)Записки Черевишнего. Смешная.
Увидел и замер. Словно узник,заметивший комок света,пробивающийся через толстое железо клетки. Весь мой эгоизм, до этого момента цветущий во садах собственного благополучия,неожиданно съежился,потупился и стал вять.
Босые, украшенные неаккуратностью ноги,быстро бегущие по пыльному асфальту,отражались в неожиданно расширившихся зрачках. От них сейчас не ускользала ни одна деталь:ни потемневшие от бытовой суеты пальцы,слегка оттопыренные,с маленькими царапинами от колких,посеребрившихся камней;ни трещинки на загрубевших ногтях;ни морщинки на розовых щиколотках,сжатые в гармошку юного,но талантливого музыканта. Сколько жизни было в этих смуглых ногах!
Пухлые,но крепкие икры, подертые колени,с фиолетовыми оттенками синевы,заставляли перебирать сотни различных картин и сюжетных пленок.Две стройные линий ложились на бумагу взгляда изящно,секундно и..смешно. Смешно. Это слово впилось в голову цыганской иглой,зацепив теменную кость,и теперь выло в ней приятной трелью. Я смотрел и думал:”Неужели эта грязная, беспардонная дорога может держать на себе столь непринужденные, свободные ноги?” А тем временем,мои глаза поднимались по интересующему меня стану, захватывая темную,покрытую мелкими точками, кожу, созданными то ли прохладным ветром, то ли жизненным авантюризмом,который так и рвался наружу,не иссякая. Тонкая желтая кофта,непонятным доселе воображением мелькала ярким,но не режущим сетчатку, пятном, развиваясь легко, небрежно, с волнующим невидимостью звуком.
Я боялся взглянуть выше. Как 15-летний подросток,стоящий перед дверями кабинета биологии в очереди на экзамен, с потными ладонями и спутанными мыслями, несущими в себе страх предстоящего, так и я боялся поднять глаза выше этой молодой девичей груди, которая то и дело поднималась быстрым вдохновением, и так же быстро опускалась, в ожидании нового, свободного вздоха. Касаясь своих, неизвестно откуда появившихся, стестений я, неожиданно для себя, трепетно, бережно касался взглядом ее округленных плеч и особенно тщательно- маленькой родинки на левом изгибе. Что только не рождалось во мне в эту секунду!
И мимолетные желания дотронуться до этой, едва заметной, точки, и рвение подбежать, впиться губами в такое нежное, игривое плечо, а после-отпрянуть от него и быстрым шагом уйти, не дав себя догнать, остановиться возле порога церкви и молиться.. Молить о прощении за такую грубую вспышку пошлости, за порочность мыслей.. А что было порочностью в тот момент? Все! Все было порочно! Взглянуть на нее, сказать слово, приблизиться, а уж тем более дотронуться к такому детскому, невинному плечу-грешно! Я хотел рвать на себе волосы за ту неизведанность, которая тащила меня то ли на дно, то ли на небеса.
Откуда, откуда столько бережности у самовлюбленного, ветренного мужчины, для которого женщина-лишь плод вкушения, повод продолжения рода человеческого, пешка на шахматной доске жизни? Все эти вопросы не кричали - они тихо, испуганно терялись в голове, боясь, что их мельком может услышать красивое, вытянутое к верху ухо, мочка которого спряталась под шарообразной, светлой сережкой, сделанной по всей видимости местным “мастером” без какого-либо интузиазма на скорую руку, с дешевой окантовкой, успевшей стерется,но не полностью.Маленькие,тонкие волосы возле левого уха,показавшиеся благодаря солнечному свету,пушистым кусочком рая обрамляли почти не рельефную кожу,чуть блестящую от жары.Я аккуратно,медленно,за руку смелости,вел взгляд к ее подбородку,с крохотной ямочкой посередине,которая словно песчинка алмаза,устроилась меж двух неподступных,захватывающих высотой скал.И тут..Кровь словно остановилась.
Просто, без предупреждений или угроз. Я, как пьяный клоун, был убит алкоголем ее губ, но одновременно ликовал в душе, подобно ребенку, получившему шоколадное яйцо после посещения зубного врача. Она улыбалась. Нет, она смеялась! Мир расплывался каплей по паркету, слух наполнялся звонким,ребяческим смехом с нотами мультипликации,и в это мгновение мне показалось,будто я поднялся.Поднялся на самую высокую вершину и,задыхаясь от нехватки воздуха,откинул голову назад.Ее улыбка,пусть не такая идеальная,как того желают критики,окрыляла все вокруг:и эту грязную дорогу,и мимо бегущий трамвай,и даже посыревшие от дождей заборы.Я радовался,что сейчас не вижу всего этого,радовался,что передо мной лишь самое главное,основное.
А она продолжала смеятся,кричала непонятные мне слова и изредка прикусывала пухлые губы,слегка потрескавшиеся на солнце.Человечество сходило с ума,начиная с новой эры.Неужели пришла моя очередь? В недоумении,в полном замешательстве я боялся даже моргнуть,чтобы,подняв ресницы, не потерять среди улиц лицо незнакомки. А она даже не замечала этого.Распахнулись веки и..Безумство! Ее темные,чертовские глаза были полны безумства,сумашествия, непредсказуемости,тянули за собой на края обрывов и в омут,пели жизнерадостные песни векового пространства,манили и отталкивали одновременно. Я смотрел в них и не понимал,чем они наполнены более:детством или возрастом? Столько красок эмоциональности и чувств!Глядя в эти глаза,я становился художником, писателем, поэтом, композитором и исполнителем, играющим на струнах собственной души. Желание жить. Смешное желание жить.И смешное не по примитивности фраз,а по веселящем способу.
Только сейчас,к своему удивлению,я заметил волну безграничной улыбки,нахлынувшую на мое беспристрастное от рождения,лицо.Куда подевалась хитрость,холод,обходительность,умение очаровывать и быть выше находящихся рядом? Но самым странным было то,что искать их не возникало желания.
..А она безудержно смеялась,подпрыгивая то на ходу,то пробежав небольшое растояние,качала головой из стороны в сторону,развивая по воздуху тем самым свои длинные,но редкие каштановые волосы.Их посеченность не мешала их игривому блеску под светом сияющего неба..Казалось,будто солнце,пытаясь рассмотреть незнакомку поближе,зацепилось за нити ее волос,и теперь,после долгих попыток освободится,смирилось и задремало стенающим сном..
Смешная.Я назову тебя так.Моя Смешная.Мы будем сидеть на вершине Ай-Петри,и свесив ноги,смотреть на скупые шаги людей.Такие скупые,как у меня.Но я же не буду ходить.Я буду сидеть.С тобой.
..Внезапно она сжала нос двумя пальцами,высунула розовый,заостренный язык,после чего засмеялась еще громче,побежала еще быстрее и резко остановилась у обутых в грубую,но чистую обувь,ног. Не моих ног. Ее босые ступни наступили на мужские ботинки и,еле удержав равновесие,остались на месте.
Увидел и замер.Не надолго.На несколько секунд.Сделав шаг вперед,улыбнулся.Сделал второй.Оказывается,это не так уж и сложно.